— Как вы думаете, что он сделает, если вы ответите ему согласием?
— Я уже пыталась это выяснить. И поняла, что он готов жениться… но любовь тут ни при чем. Майкл привык получать то, что ему хочется. Особенно если это касается женщин. Оплачивать услуги адвоката придется мне, а не ему. Хотя у него есть деньги, а у меня их нет.
— Мэри, если вы хотите выйти за него замуж, я советую вам подождать и посмотреть, чем это кончится. Если не хотите, то скажите об этом ему. Худшее, что вам грозит, это судебный процесс. Но, я думаю, Майкл на это не пойдет. Он хороший юрист и прекрасно знает, что в суде его шансы равны нулю.
— Значит, решение остается за мной?
— Да. Если вам понадобится моя помощь, звоните в любое время, — сказала Кларисса, вставая из-за стола. — Но я уверена, что вы сможете решить этот вопрос сами.
Мэри пожала Клариссе руку, пробормотала «спасибо» и вышла из консультации, удивившись тому, что все ее проблемы решились за пять минут. Да, ответ она получила, но решения еще не приняла. Она вольна уйти от Майкла хоть сегодня. Едва ли он станет ее останавливать. Но хочет ли она уйти? Проще всего отправить ему по почте письменный отказ. А вдруг они с Майклом действительно созданы друг для друга?
Шесть лет назад Мэри была уверена, что знает о Майкле все. Он был законченным обольстителем и дамским угодником. Был очарователен, внимателен, но избегал прочных связей. Женщины играли важную роль в его жизни. Он соблазнял их, но вскоре начинал скучать и бросал.
Если так, то ей следовало благодарить небо за то, что между ними ничего не было. И все же Мэри предпочла бы, чтобы что-то было. Они переспали бы, Майкл бы ее бросил, и она возненавидела бы его до конца жизни. Вместо этого она прожила шесть лет, продолжая мучиться от безответной любви и поставив крест на своей личной жизни.
Каждого потенциального бой-френда или любовника она сравнивала с Майклом Терри и, в конце концов, забраковывала. Однако сейчас Майкл принадлежит ей. Не совсем так, как ей хотелось бы, но все же принадлежит. Мэри может выйти за него замуж, однако тогда ей придется смириться с тем, что он не любит ее, что она для него не цель, а всего лишь средство. Или же можно уйти от него и спасти свое сердце, которое неминуемо разобьется, когда их связь подойдет к концу.
Возможно, раньше она согласилась бы на такие отношения. Но теперь? Ни за что! Она заслуживает любви и уважения и не выйдет замуж за мужчину, который ее не ценит. Судя по тому, что она знает о Майкле, он на это не способен.
Мэри шла к своему пикапу. Зачем она приняла его предложение? Какая муха ее укусила?
Да, с деньгами была проблема, но она могла спать на диване у Барбары или переехать к родителям. Вместо этого она угодила в старую ловушку, надеясь, что Майкл сможет стать тем человеком, о котором она мечтала.
Она села в машину и уставилась в лобовое стекло. Майкл такой милый, такой внимательный. А о таком сексе она и не мечтала. Может быть, он изменился и перестал быть плейбоем?
Нет! Мэри покачала головой. Горбатого могила исправит. Кроме того, он силой заставил ее заключить это соглашение. Грозил подать на нее в суд. Если бы она не оказалась на краю финансовой пропасти, то послала бы его куда подальше. Он не любит ее. Просто нуждается в ней, чтобы получить желаемое.
Я ухожу! — решила она и завела двигатель.
Ей предстояло накрыть стол на двенадцать человек: в последний момент Мэри включила в список Барбару и Дика. В чулане лежали продукты, стоившие четыреста долларов, а в холодильнике мерзла индейка. Как только за последним гостем закроется дверь, она скажет Майклу, что уходит от него.
И будет спокойно жить до самой смерти.
— Сколько времени? — спросила Мэри, глядя в зеркало.
— Ты задавала этот вопрос две минуты назад, — ответил Майкл. — Успокойся, пожалуйста. Они явятся минут через пятнадцать-двадцать.
— Как я буду краситься, если ты маячишь рядом?
— Я не маячу, — возразил он, склонив голову набок и проводя по щеке бритвой. — Я бреюсь. — Мэри дулась все утро. Он пытался рассмешить ее, но безуспешно. — Отказать гостям никогда не поздно, — сказал Майкл, споласкивая бритву. — Когда люди придут, я скажу им, чтобы они уходили.
Это заставило Мэри улыбнуться.
— Так-таки и скажешь?
— Я сделаю все, чтобы заставить тебя улыбаться, — сказал он, пустив в ход самую обольстительную из своих улыбок.
Мэри возвела глаза к небу и схватила губную помаду, но Майкл осторожно забрал у нее тюбик.
— Эта дрянь тебе не нужна. Ты и так красивее всех на свете.
Мэри отняла тюбик и поставила его на туалетный столик.
— Пытаешься подлизаться ко мне, чтобы поднять настроение?
Майкл обнял ее за талию и привлек к себе.
— Нет, у меня совсем другие намерения.
Мэри схватила полотенце, висевшее у Майкла на плече, и стерла с его лица остатки крема для бритья.
— И что же это за намерения?
Майкл снова взял тюбик и спрятал его в кулаке.
— Я хочу тебя поцеловать и не желаю, чтобы нас что-то разделяло. Даже губная помада.
— Прямо сейчас? — срывающимся голосом спросила Мэри и посмотрела на его губы.
— Милая, мне хочется целовать тебя всегда. — Майкл осторожно приподнял Мэри, посадил на туалетный столик, запустил пальцы в ее волосы и набросился на губы. К его облегчению, от наигранной бесстрастности Мэри тут же не осталось и следа. Ее руки раздвинули полы его рубашки и легли на обнаженную грудь.
За последние дни Майкл понял, что не может жить без Мэри. Это открытие оказалось мучительным. Когда он решил пустить в ход контракт, то не собирался влюбляться. Но это случилось, и теперь он не знал, что делать. Как сказать Мэри о своих чувствах и при этом не отпугнуть? И как заставить ее ответить на его любовь?
Майкл поцеловал ее в шею, расстегнул шелковую блузку и поцеловал в плечо. Запах ее кожи был таким опьяняющим, что у него закружилась голова. Когда он раздвинул ей ноги, юбка задралась, обнажив бедра. Ладони Майкла гладили ее голени, язык властно проник во влажный рот.
Мэри сцепила руки за спиной, и полы ее блузки разошлись в стороны.
— Мы не должны… — пролепетала дна. — У нас нет…
Майкл залез ей под юбку, подцепил трусики и стащил их с Мэри.
–..времени, — закончила она.
— Времени у нас уйма. — Майкл положил ладонь на увлажнившуюся промежность и начал поглаживать ее. Мэри затаила дыхание, затем застонала и выгнулась дугой.
Почему овладеть ее телом легче, чем взять в плен душу? Даже если он соблазнит ее, она все равно сумеет отделить одно от другого. Никакие поцелуи, никакие ласки не могут добраться до крошечного кусочка ее сердца и тайного уголка души.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
